|
Роман Евликов
|
Эх, если бы эта бумажонка попалась мне раньше – хотя бы лет пять, а лучше десять назад… Скольких проблем по работе, оплошностей и глупостей удалось бы избежать, да и нервы были бы в порядке. И стал бы я сейчас… да кем бы я только ни стал, скакал бы, как горный козел, вверх по карьерной лестнице, а так… И все потому, что эта бумаженция подвернулась мне только сейчас, чтобы своими одиннадцатью заповедями тыкать в глаза и издевательски напоминать: дуралей, все-то ты делал не так. Да, я ошибался. Во всех одиннадцати случаях – от первого до последнего. Может, хоть вам пригодится, - учитесь на моих ошибках. Вот эти служебные премудрости.
|
|
|
Роман Евликов
|
Кто Вы, mr. Евликов?
Сказать, что Роман Евликов ворвался в Мичуринский интернет и сразу прочно в нем обосновался, значит, соврать.
Сначала была серия рассказов, оставшаяся малозамеченной.
|
|
|
Роман Евликов
|
|
На сайте «ДМ» спросили, были ли у меня любимые преподаватели в институте. Я ответил, что были, - и в ряду дорогих мне имен назвал Елену Юрьевну Александрову. Вспомнил о ней – и сердце сжалось до боли…
|
|
|
|
Роман Евликов
|
 Мне жаль хулителей теории роли личности в истории: у них небогатый жизненный опыт. Если бы они учились в моем классе, они неизбежно пришли бы к заключению, что историю двигают единицы, а тысячи и миллионы из-за них в историю попадают. Если и не миллионы, то уж точно десятки. Наш четвертый класс, влачивший долгое время размеренно-упорядоченное существование, был поставлен на уши и втянут в разные истории одним человеком – новеньким, лопоухим и большеротым мальчишкой в куцых, до щиколоток, брюках. «Смотрите, какой утенок в коротеньких штанишках, - хихикнул кто-то при его появлении, - прямо Васек какой-то». Почему Васек – непонятно, - наверное, что-то пренебрежительное. Так мальчик Витя из города Иваново стал Утенком Васей.
|
|
|
Два рассказа о справедливости. |
|
Роман Евликов
|
- 1 -
 Много лет подряд каждое утро я выходил из дома в костюме и галстуке: таков был непременный дресс-код на моей работе. Как-то я допустил вольность - явился в джинсах и свитере, и «первая леди» - жена главного начальника - пожурила меня за сходство с учителем физкультуры. Это был моветон; и еще надолго мне пришлось запечатать себя в сковывающую оболочку парадной «спецодежды». Я имел дело с огромным количеством людей, но большинство из них вспоминало мое имя-отчество два раза в году – в январе и июне: тогда я был нужен всем. От сессии до сессии живут студенты весело, а в экзаменационную пору они терзают преподавателей, одним из которых я и был.
|
|
|
Сила личности.(Федор Раковец) |
|
Роман Евликов
|
|
|
|
Роман Евликов
|
|  | Все детство я мечтал стать летчиком. Когда сверстники читали про индейцев и мушкетеров, я глотал книги о самолетах и летчиках. Цитатами из «Повести о настоящем человеке» я доводил родителей до тихого помешательства. Двоюродный брат звал меня Маресьевым. Я ходил в авиамодельный кружок, завалил дом десятками склеенных пластмассовых самолетиков, рисовал в тетрадях одни истребители – и в 22 года получил диплом историка. Виноват в этом только один человек. Нет, не я. Мой школьный учитель музыки Федор Федотович Раковец.
Как проходили у вас уроки музыки? Не ошибусь, если скажу, что у большинства они именно «проходили» - сумбурная разгрузка после «основных» предметов. «Весь класс на музыке бесится, а учительница ничего не может сделать» - это опыт моей десятилетней дочери. А у нас все было иначе: мы ждали этих уроков, любили их. Во-первых, учитель – мужчина, что само по себе выделяло его из женского, как у нас повелось, преподавательского коллектива, к тому же подтянутый и элегантный: светлые свежие сорочки с тугими воротничками, строгие костюмы. Во-вторых, интеллигентный и эрудированный – кажется, он знал все – и никогда не выходил из себя. Мы не видели его гримас, не слышали его крика. В-третьих, ДОБРЫЙ, любящий и понимающий детей. Детям этого довольно: они это тоже понимают. А в-четвертых, – виртуозный музыкант-баянист. Он мог сыграть ВСЕ: и «Полет шмеля» Римского-Корсакова, и Токкату и фугу ре-минор Баха, серенады Моцарта, песни Бетховена, чуть не всего Чайковского – а русских и советских песен знал, наверное, сотни. Любую мелодию он подбирал с ходу – чисто, без фальши. Но главное все же - он любил детей и умел увлечь. |
|
|
|
Роман Евликов
|
|
Лучший контролер – совесть пассажира.
Надпись в советских автобусах
 |
Я не верю во всепобеждающую силу экономики и политики. Мне скажут: дурачок, это же базис и надстройка, ими можно таких дел натворить! И, оперируя этими понятиями, на пальцах объяснят, что и почему с нами происходит. Ворюги развалили страну, растаскали все, что плохо лежало, породили рыночное - продажное общество, где на все – даже на мать родную - есть цена. Живут ради барышей. Вот народ и опивают, обкуривают и обкалывают – потому что на алкоголе, табаке и наркоте больше всего бабок наварить можно. У этих мерзавцев крыша везде есть: за все УПЛОЧЕНО. Пиво скоро в роддомах будут продавать, а травку – в детсадах. А пьяные и обкуренные бедолаги убивают друг друга, кругом одна ненависть. Действительно, базис и надстройка. Не поспоришь. |
|
|
|
Р. Евликов 
