Предупреждение
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 575
Menu
RSS

Испытание катамарана (Сергей Родиков)

Катамаран: буквально – связанные брёвна.
Двухкорпусное судно.
Корпуса судна соединяются сверху мостом
(ферменного или палубного типа).

I

Задумали мы с Володей купить катамаран. На байдарках мы могли плавать только по местным рекам: Вороне, Воронежу, Иловаю. А если в Карелию, то в нашем возрасте нужно идти на катамаране, – думали мы. И вот ближе к весне стал Володя спрашивать меня в письмах из Гваделупы:

- Ну что, Серёга, надо покупать катамаран?
- Да, Володь, нужно… Вот кого бы ещё сагитировать? Носова, Комарова?
- Да, – согласился Володя с проверенными членами экипажа прошлого похода по Охте…

Что такое катамаран? Это туристическое, сплавное, надувное устройство, состоящее из двух гондол, связанных сверху рамой, которое используют в маршрутах самой разной длины и сложности. Каждая гондола такого катамарана обычно состоит из двух слоев – собственно воздухонепроницаемого баллона с отверстиями для надувания, который вставляется внутрь оболочки из плотной ткани, предохраняющей баллон от механических повреждений. Баллон часто делается двухкамерным, что повышает безопасность плава-ния. Каркас туристического катамарана бывает как специальным – из дюралюминиевых трубок, так и из срубленных на месте стволов деревьев.

Нашёл я подходящий катамаран по Интернету. Делают их в Чебоксарах. И в мае, оплатив через сбербанк стоимость катамарана, через неделю я получил его в транспортной компании в Тамбове. А в июне должен приехать Володя.

Володя долгое время своей жизни проводит вдали от Родины и поэтому ближе к лету ему всё чаще вспоминаются слова Алексея Жемчужникова из песни “Журавли”:

Здесь, под небом чужим, я – как гость нежеланный,
Слышу крик журавлей, улетающих вдаль.
Сердце бьётся сильней, вижу птиц караваны,
В голубые края провожаю их я.

И смахивая набежавшую слезу, он в голос заканчивает:

Ах, как сердце болит, как мне хочется плакать!
Перестаньте рыдать надо мной, журавли!

Серёгу вспоминает, ещё Серёгу, ещё Серёгу, Андрея, Андрея, Андрея… и всех своих одноклассников…

- Почему из Гваделупы? Он же…
- Т-с-с, – прижал я палец к губам, не давая продолжить собеседнику, – Володя в данный момент работает под прикрытием и не нужно об этом распространяться…
- Я в 1999 году уехал в Китай, пробыл там три года, – будет потом вспоминать Володя, – затем на Кубу, там же я побывал с командировками в Бразилии, Чили, Аргентине. Потом поехал в Италию, вот теперь в… В общем объездил весь мир.
- Да, но ты не был в Рио-де-Жанейро…
- Вот куплю белые штаны…
- Ты всё больше на рыбалке, да на охоте…

И я вспомнил, как мы собирались в однодневный поход испытания катамарана. Володя приехал к назначенному времени на Полтавскую и звонит мне:

- Ты где?
- Я дома…
- А это где?
- Шоссе Липецкое…
- А-а…, вспомнил…

Через некоторое время открываю дверь и вижу, как на меня надвигается громила в чёрных очках и в китайской военной форме. Инстинктивно делаю шаг назад и в проблеске света с трудом узнаю Володю, на котором, по крайней мере, половины лица не было. Оно было стёсано.

- День военно-морского флота, вчера.., – только и смог выговорить Володя.

А впереди ещё день ВДВ и открытие охоты. Но всем уже известны национальные особенности этих мероприятий. И я не стал брать с собой фотоаппарат.

II

На берегу около железнодорожного моста, что на Никольское, мы за час собрали ка-тамаран и спустили его на воду. Припекало солнце, в воде на противоположной стороне реки резвилась ребятня. На берегу возвышалась большая тентовая, бежевая палатка с колоритным названием «Русский квас». Володя дал мне глотнуть какого-то горького пива.

- Вот это настоящее пиво, – резюмировал я с удовлетворением. – Как называется?
- Не помню…, – продолжил жаловаться Володя на свою память.

Девяностодевятикилограммовый Володя легко взгромоздился на гондолу и катама-ран немного перекосило; мне явно не хватало двадцати пяти килограмм, чтобы его урав-новесить.

- Да, я такой, – посмеивался Володя, охватывая и ласково поглаживая свой, слегка выпирающий животик.
- Но до Андрея Булгакова ты всё-равно не дотягиваешь, в нём сто килограмм, ровно.
- Да? – слегка расстроился, как мне показалось, Володя, чуть было не разорвав на себе рубашку.

Слева потянулся берег, за которым ничего не видно, справа виднелся на пригорке дубовый лесок. В минуты затишья размышлял о новом явлении, поразившем наше обще-ство. Сейчас фальшивое время. И фальшь идёт от власти. Люди собираются на конферен-ции и врут друг другу. Раньше при Советском Союзе, мы тоже жили под гнётом фальши. Но тогда был фальшивый колпак над нами. А мы под ним жили более честной жизнью.

Как нам научиться говорить правду? Это невозможно. Так как у каждого своя прав-да. И они могут кардинально отличаться друг от друга. Так что же мешает иному выдать свою неправду как правду? Яркий пример тому заявления Госдепа в лице незабвенной Дженнифер Псаки и ей подобной, которые говорят явную неправду, как нам кажется. И все это понимают, даже они. Но дело-то ещё и в том, что поди докажи, что они говорят неправду. Так что может оказаться, что это мы находимся в заблуждении. В своё время Джордж Оруэлл писал, что “во времена всеобщей лжи говорить правду – это экстремизм”. Но всё дело в том, что мы не должны сообразовываться с этим миром, полным лжи, который пытается быстро идти в ад, нам нужно познать, что есть воля Божия, благая, угодная и совершенная, но для этого следует преобразовываться обновлением ума нашего. И вот это становится главным: как преобразовываться обновлением ума нашего? Я знаю, есть очень умные люди, которые тот час же, не раздумывая, скажут, что это просто и будут сочинять и говорить всякое, что им придёт в голову, думая, что их жизненный опыт позволяет это делать. Вот им тоже, поди, докажи…

Нужно было потратить какое-то усилие, чтобы оказаться на катамаране посередине реки. Жаркий день, вода рядом. Сидя дома в душной комнате, нельзя даже представить себе, что такое возможно. Но многие из нас настолько озабочены различными важными делами: ремонтом квартиры, разработкой плана экспериментов, подготовкой своих чад к экзаменам, собственно работой, дачей…, что невозможно вырваться одним днем на при-роду. Не говоря уж о том, чтобы съездить на десять дней в Карелию.

Поверхность реки в некоторых местах была покрыта листьями кувшинок, по кото-рым при нашем приближении от нас улепётывали лягушата. Вот, изогнувшись восьмёр-кой, на листьях лежал уж, не реагируя на нас. Слева, со стороны солнца, показалась высо-кая водонапорная башня, и потянулись дачи от нефтепровода «Дружба». Где-то здесь бы-ла дача Петровича: двадцать пять лет прошло, как я ему помогал здесь сажать картошку. Огороженная сеткой волейбольная площадка, песок на берегу, мостки для купания. По-смотрев в воду и увидев неглубокое дно, чистое от водорослей, предложил Володе иску-паться. С удовольствием бултыхнулись в воду. Стремительно выгребал брассом, погружая голову в воду и шумно выдыхая воздух. Какая чистая и прохладная вода.

- Ух, какая холодная вода, – делая вид, что жалуется, шумно вскрикивал Володя, выныривая из воды.
- Да нет, нормальная, – не соглашался с ним я. – Прохлада воды не ощущается, так как вылезши из неё, ты попадаешь в пекло и тебе опять хочется в воду.

Накупавшись и кое-как вскарабкавшись на катамаран, мы снова погребли вперёд, палимые солнцем.

- Не, Володь, нам нужно сделать ступеньку для залезания на катамаран. Ты по-смотри, оказалось, что без неё сделать это практически невозможно.
- Нужно сзади верёвку прикрепить… Наступаешь на неё…

Справа по берегу показались дачи. Двухэтажный домик Щёкотова и рядом кирпич-ные стены, возведённые очень давно его соседом: Львом Алексеевичем. Когда я глядел на такие незавершённые сооружения, меня всегда охватывала тоска. Тоска при виде памят-ника, за которым скрывается чья-то, уже прошедшая, жизнь, незаконченные дела.

- Вон там мы проводили туристские слёты в восьмидесятых годах, – ностальгически вскричал я, показывая Володе на открывшиеся крутые склоны правого берега.
- Всё заросло, не узнать…

Я смотрел на пустынный высокий правый берег, кое-где поросший кустами и де-ревьями. Да, слёт был в июне 1985 года. В сентябре 1984 года я ездил в Михайловское к Пушкину, а в июне следующего года показывал слайды о своих путешествиях.

- Да, прошло почти тридцать лет…
- А как мы сюда добирались?
- Не помню, я добирался сюда пешком вдоль берега от Никольского, триста восем-надцатый километр… А до него – электричкой из города.

Слева показался одинокий домик на берегу, окружённый забором. Подумалось, кто здесь может жить в такую жару? Сразу за домиком показался забор из белого кирпича. Домика не было. Удивило даже не это, а то, что забор из кирпича. В чистом поле. Впро-чем, когда-то здесь появится и особняк, соответствующий забору.

Непонятные водоросли плотной губкой покрыли поверхность реки. Раньше, не-сколько лет назад, мы таких зарослей не наблюдали. Грести стало тяжело. Катамаран с трудом продвигался вперёд. Стояла жара за тридцать градусов, оголённую грудь припека-ло солнце. Наконец впереди справа показались домики дач. Не доплывая ста метров до них, мы причалили к берегу. На высоком берегу мы остановились на стоянку среди дубо-вого леска. Вдвоём затащили туда наш катамаран. Топора не было, поэтому с помощью пилы заготовил палки для крепления котелка над костром.

С высокого правого берега реки открывался вид великолепного пологого берега пе-ред Никольским. Он уже стал зарастать, молодые берёзки отдельными кустиками покры-вали огромную поляну. Внизу широко разливалась река, заросшая тиной. Последние лучи заходящего солнца озаряли дальние поселения. Небо посинело. Тёплый воздух наполнял-ся предвечерней тишиной. Стоя среди дубков рядом с разгорающимся костром и глядя на открывающиеся передо мной просторы, я подумал, что нужно было бы взять фотоаппарат, хотя бы ради одного этого кадра.

III

Неподалёку на даче отдыхала Алла Зайчик. И Володя, совершенно случайно узнав об этом, пригласил её на ужин, как старого друга по цеху. Алла, плохо ориентируясь на ме-стности, долго плутала вдоль реки. Мы ждали. Смеркалось. И вот, наконец, показалась Алла с шестилетней дочкой и с сопровождающим ее телохранителем – Сашей. Пригото-вили ужин и начались разговоры-воспоминания. А воспоминания были о турслётах сис-темы образования, которые проходили на двадцать первом километре рассказовского шоссе. Был и я один раз на нём 21 – 24 мая 1998 года. В перерыве между соревнованиями в сосновом лесу Зайчик Алла, Рита-спортсменка, Володько Ирина, и некий Паша – учи-тель немецкого языка, сочинили песню под названием: «Я приехал из Козлова…».

 

Я приехал из Козлова в этот комариный край,
А в СЮТуре обещали, что здесь будет просто рай.

Припев:

Мы в автобус погрузились, нас не стали загружать.
Пусть нам голову пробили , мы не будем возражать.
Не успели мы откушать, тут нас стали напрягать.
Кто когда и где родился, кто кому отец и мать?

Припев:

Краеведы, краеведы, я ж на всё махнул рукой.
Чем обедал древний предок? Тем же, что и мы с тобой.
Вот культурную программу продолжает дискжокей,
Подходи, знакомься с дамой, чтобы было всё о’кей.

Припев:

Дискотека, дискотека, только пыль стоит столбом,
Пригласить решил я даму, но в сосну вписался лбом!
А на утро все туристы собираются в поход,
Будь ты конный или пеший, всё равно полезешь вброд.

Припев:

Переправа, переправа: нас опять труба зовёт,
Судьи слева, судьи справа, пристегнулся и вперёд.
Среди всех ориентаций нам подходит лишь одна,
Нам по лесу поскитаться, нам романтика нужна.

Припев:

Мы старались, мы искали, мы хотели и смогли:
На почётном пятом месте мы викторию нашли.
Мы в байдарках просто ассы, заложили лихо крен,
Потом долго мы искали, где тут «вася» , где тут … «хрен» .

Припев:

Мы старались, мы искали, мы хотели и смогли:
На почётном пятом месте мы викторию нашли.

Легли спать уже поздно. Разглядывать звёзды было некогда. Было тепло, но всё-равно по привычке залез в спальник. Рядом, как обычно, лежал Володя, подложив под голову пилотку с дедовской звездой. Затихли, слышно было только наше равномерное дыхание. Как бы вы не пытались сопротивляться сну, неизбежно наступит момент, когда вы, не осознавая его, покинете реальность этого мира и окажетесь на несколько мгновений в другом мире, но так похожем на тот, в котором живёте. … И вот я вижу себя, едущим на велосипеде, а сзади, на багажнике сидит Соня, моя трёхлетняя внучка. Еду по дороге, мимо проезжают машины, но я не беспокоюсь за Соню, знаю, что она крепко держится. Вскоре мы подъезжаем к реке. Берег реки высокий и обрывистый. Я с велосипедом подхожу к краю обрыва. Внизу видна поверхность воды. И в этот момент неизвестно откуда взявшийся парнишка спрыгивает вниз в воду. И тут же я вижу, что он стоит на поверхности воды и не тонет, а передвигается по поверхности. Смотрю, у него к подошвам ног приделаны тонкие светлые пластины. Я заинтересовался, где можно их взять. И тут мы мгновенно оказываемся в здании магазина, на втором этаже, ищем, где продаются резиновые пластины. Но там я их не нашёл…

Утром мы все вместе поплыли на катамаране вниз по реке. Иногда останавливались на пляжном месте и с наслаждением купались. На последнем дачном пляже мы высадили наших гостей, а сами двинулись дальше. Алла с Сашей, улыбаясь, с трудом сдерживали слёзы, провожая нас. Они так и стояли на берегу, махая руками, пока не скрылись за по-воротом.

Проплыли под автомобильным мостом в четыре пролёта. Опоры моста поверху были облеплены ласточкиными гнёздами. Слышался гул проезжающих по мосту машин. Лет пятнадцать назад нас здесь встречало стадо коров, и мы даже разживались молочком. Течение в реке ускорилось. Через сто метров слева нашему взору открылся небольшой за-ливчик с пологим берегом, куда мы и причалили. Вытащив катамаран на берег, мы оста-вили его обсыхать на солнце. Было жарко и я, пройдя несколько метров по мелководью до глубокого места, с удовольствием окунался в воду, разбрасывая брызги. На берегу, на покрывале лежала загорелая девушка. Около неё крутилась маленькая дочка. Я с удовольствием поглядывал на них. Володя созвонился с сыном и договорился, что тот заберёт нас в пять часов. Так что пару часов у нас было.

Местные ребятишки купались в реке. Вот один протащил велосипед через реку и покатил дальше. По правому крутому берегу к воде спустилось небольшое стадо из трина-дцати коров, которые так же безбоязненно и привычно переправились на наш берег. Мо-лодая мама с дочкой, испугавшись проходивших мимо коров, спрятались за нашими спи-нами. Пришлось шумнуть на коров, взяв в руки весло, чтобы они не наступили на покры-вало. Тяжело ступая, автономная молочная минифабрика молча двинулась вдоль реки, со-провождаемая пастухом.

IV

Так мы испытали катамаран на воде. Не понравилось крепление сидушек-банок, под колени нужно что-то подкладывать. А в целом гондолы очень хорошие, собирается ката-маран легко, и баллоны накачиваются очень быстро.

Для окончательной просушки оболочек катамарана разложил их в гараже. Выяснил у Олега Рафиковича , что оболочки с баллонами нужно хранить, тщательно их высушив. Можно хранить и при отрицательной температуре, но только не разворачивать его.

 


 

Река Воронеж от Никольского до Старо-Тарбеево, 28-29 июля 2014 г.
C. Родиков
Последнее изменениеВторник, 17 Май 2016 14:47
Наверх
Наименование СМИ: сетевое издание «Деловой Мичуринск»
Учредитель: Автономная некоммерческая организация "Здоровая нация"
Главный редактор: Поляков Д. А.
Адрес электронной почты редакции: delovoy-m@mail.ru
Телефон редакции: 8 (47545) 5 -22 - 24
Адрес редакции: 393761, Тамбовская обл, г. Мичуринск, ул. Красная, д. 97А, к. 1
Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-76318 от 26.07.2019 года.