Menu
RSS

Обновление власти — это не декларация (Александр Никитин)

Александр Никитин рассказал, как и почему он стал главой Тамбовской области

Губернатор Тамбовской области Александр Никитин совершил головокружительную карьеру: в 2010 году он был ректором Мичуринского агроуниверситета и депутатом гордумы, а в сентябре этого года, в 39 лет, выиграл выборы главы региона.

 

Корреспонденту "Ъ" Всеволоду Инютину Александр Никитин рассказал, почему поверил в обновление власти, как на нем сказался конфликт поколений и чем ему мешает так быстро приобретенный политический опыт.

 

"Пока не знаешь правила игры, ты счастливчик"

— Откуда вы появились? Многих смущает быстрый карьерный взлет: за пять лет от депутата мичуринского горсовета до губернатора.

— Помните фразу из фильма "Москва слезам не верит": "Всю жизнь хотел водителем стать, а стал директором завода"? Вот этот принцип работает всю мою жизнь. И должность ректора в 33 года была неожиданной. Этот же принцип сработал в 2011 году, когда я стал депутатом облдумы. Да я и городским депутатом в 2010 году стал только потому, что идти на выборы мне предложил Олег Бетин (экс-глава региона.— "Ъ").

— Зачем ему был такой депутат?

— Ему были нужны люди, которые могли противостоять достаточно разношерстным местным группам. Они блокировали многие важные решения. На выборы в облдуму в 2011 году я тоже пошел по предложению руководства области. Меня убедили авторитетные люди из Москвы. В итоге получил один из самых высоких результатов. Но планов входить в руководство думы у меня не было.

— Опять убедили?

— Сначала предложение стать председателем пришло из Москвы по линии партии. Я сказал, что хотел бы заниматься тем, чем занимался всю жизнь,— наукой и организацией образования. У меня был разговор с Бетиным: я ему сказал, что не хочу быть спикером. Уговоров не было. Это можно понять: тогдашний спикер Владимир Карев (сейчас руководит облдумой в статусе и. о.— "Ъ") работал с Бетиным давно, они друг друга понимали лучше даже в силу того, что почти ровесники. Кареву сейчас 66 лет, Бетину — 65. Но через некоторое время Бетин сказал: ты должен стать председателем. У меня не оставалось выбора.

— Есть версия, что ваш карьерный взлет начался в 2011 году, после того как вы пять часов просидели с Владимиром Путиным на форуме "Единой России" в Брянске.

— Это всего лишь красивая легенда. На том форуме я выступал не как администратор, а как представитель наукограда, который должен рассказать о научных достижениях. Надо было выступить так, чтобы речь запомнилась. Я не говорил цифрами, а объяснял, что, например, в нашей смородине витамина С больше, чем в лимоне. Или что наша тыква слаще дыни. Я и потом с Путиным встречался и общался неоднократно. Говорить, что только после того форума моя карьера резко пошла вверх, было бы неправильно. Ведь и до того у меня все было удачно. То, что с Путиным рядом посидеть было за счастье,— это правда. Но к нему надо было идти. Я несколько раз жестко доказывал на совещаниях в Белом доме, что нам нужно присоединение другого федерального вуза — Мичуринского пединститута, который был в подчинении другого министерства. Аплодисменты срывал. Возможно, это и была отправная точка к губернаторству. Вскоре после того, как я стал областным депутатом, вышло распоряжение правительства об объединении вузов. Сейчас я бы так уже не смог.

— Почему?

— Есть правила игры, и, пока ты их не знаешь, ты счастливчик. Тогда у меня были аргументы, но не было появившихся сейчас познаний в политике, в том, куда надо зайти и как преподнести тот или иной вопрос. Тогда я был не спикером, губернатором и главой отделения "Единой России", а ректором, у которого был первая задача — усилить свой вуз. Теперь я понимаю правила игры, но это не значит, что я их полностью принял. Соблюдать их необходимо просто для того, чтобы развивать регион.

— Когда вы поняли, что вас готовят в губернаторы?

— После того как меня "рекрутировали" в спикеры облдумы. Я должен был сплотить депутатов, заработать авторитет в регионе. Когда я возглавил отделение "Единой России", была задача провести его очистку. И мне говорили, что если эти дела будут успешно завершены, а обстоятельства сложатся правильно для меня, то руководство партии будет меня рассматривать как кандидата в губернаторы. Из-за этого и тяжело было — не только мне об этом сказали, все прекрасно понимали, к чему дело идет.

— Вы и в губернаторы против своей воли пошли?

— На определенном этапе я понял, что если идти во власть, то надо идти до конца. Два варианта было: или уходить обратно в образование, или в губернаторы. На второй срок спикера в 2016 году я бы уже не пошел. Смысла не видел.

— Повлияли только собственные амбиции?

— В 2011 году такие, как я, представители нового поколения, пошли во власть по всей стране. Я тогда искренне поверил в перемены, в то, что обновление власти — это не декларация. И верю в это до сих пор. Мое назначение врио губернатора эту убежденность только подкрепило.

"Я обеспечивал согласие на 100%, а может быть, и больше"

— Насколько тяжело было работать с Бетиным? По официальной версии, вы преемник, по неофициальной — после вашего назначения спикером он и его команда испытывали к вам как минимум ревность...

— Естественно, была какая-то ревность. Это ведь законы природы, они иногда имеют больший вес, чем законы политики. Но прекрасно понимал: мы ведь в России живем, у нас должно быть единоначалие и синхронность принимаемых решений. Если в каком-то регионе система устроена по-другому — значит, там разбалансированность и неуправляемость власти.

— Спикер Никитин был когда-то не согласен с губернатором Бетиным?

— Я не шел против Бетина даже тогда, когда требовалось принимать далеко не самые популярные решения. Я понимал, что есть инвестпроекты, которые требуют перераспределения бюджетных средств не в ту сторону, которая устроит всех.

— Получается не взаимопонимание, а подчинение.

— У меня были вопросы, по которым мое мнение расходилось с мнением Бетина. Я приходил к нему и говорил об этом. Но решение принимал он.

— Бетин менял позицию под давлением ваших аргументов?

— Я не припомню такого. Может, сказывалась та самая ревность. А может быть, и проблема отцов и детей.

— На вас эта проблема отцов и детей сильно отражалась?

— По сравнению с прежним руководством области я молодой, из другой среды обитания. Но мне было сложно скорее не с Бетиным, а с системой. Она была заточена на одну персону.

— Были конфликты?

— Прямых никогда. Были рабочие споры, например, когда документы в думу приходили за два часа до заседания. Было трудно психологически. Я уже говорил: в работе власти должно быть согласие. В облдуме я его обеспечивал на 100%, а может быть, и больше. Многие здесь ошибочно воспринимали это как слабость. Мне бы очень хотелось, чтобы новый созыв, который избирается в 2016 году, был таким же институтом согласия. Партию тоже пришлось реанимировать. Я ведь получил отделение с миллионными долгами, его в какой-то момент натурально выгнали из здания. Руководитель облсофпрофа как владелец здания в арбитраж подал на взыскание долга по аренде!

— Напоминает сообщения оппозиционной партии.

— Никто не способствовал тому, чтобы помочь мне с финансированием. Партию переселили на окраину Тамбова. Было какое-то даже издевательское отношение и к ней, и ко мне. Такая жесткая проверка на прочность. Мы с моим замом по внутренней политике Олегом Ивановым прошли через все эти выселения. Он был руководителем исполкома. Много раз хотелось все бросить. Я думал, что стал слабаком. Но где-то за год до назначения врио губернатора я понял, что мы создали в отделении силу, с которой приходится считаться всем. Включая руководство области.

— Вы не собираетесь уходить из руководства отделения?

— Если будет позволено руководством партии и ее уставом, то я останусь.

"Я могу выиграть и более жесткие выборы"

— Любые крупные выборы в области воспринимаются как формальность, а раньше — как скандальная формальность. Согласны, что конкурентов у вас не было?

— Впервые в истории Тамбовской области к выборам не может быть вопросов с точки зрения их легитимности. Есть мнение оппозиционных партий, их наблюдателей. Жалоб от них не было ни одной.

— Может быть, просто никто не хотел жаловаться?

— Вы хотите, чтобы я признал, что, например, депутат Госдумы от ЛДПР Роман Худяков — недостойный конкурент? Человек работал, встречался с избирателями.

— Вы считаете его достойным конкурентом?

— Мы ведь прекрасно понимаем, как у нас устроено местное самоуправление. Смогли бы конкуренты самостоятельно пройти все фильтры? Наверное, нет. Если бы "Единая Россия" захотела заблокировать того или иного кандидата, она выстроила бы систему, при которой этот кандидат никаких подписей не собрал. Но эти выборы прошли без подобных трюков. Я себя считаю конкурентным кандидатом. Надо на дебаты выйти? Быть убедительным? Не проблема. Нужно "подраться"? Тоже могу, спортом занимался. Я мог бы выиграть и более жесткую борьбу.

— То есть вы легитимный губернатор?

— Выборы точно были легитимными. У нас во всех крупных городах были местные выборы. Многих тут потянуло на старые методы ведения кампании, выборные бюджеты — очень хороший объект для "распила". Я на этих старых технологиях, мздоимствах поставил жирный крест. Ни один местный глава не может сказать, что он какой-то бизнес принудительно "нагрузил" в мою поддержку. А сам я какой-то предвыборной работой, по сути, и не занимался.

— Вы же ездили по районам, агитировали за себя...

— Я бы делал то же самое, если бы никаких выборов не было, а меня просто назначили. Мы собрали материалы по итогам этих встреч. Решение вопросов по ним на контроле у моих замов, я это просто пиарить не стал. Сейчас мне приходится заниматься политикой больше, чем во время кампании! Возьмем город Тамбов. У нас огромные трудности с запуском отопления в домах. Везде прорывы, отключения. Мне кусок трубы с теплотрассы приносил зам, чтобы показать, в каком ужасном они состоянии. Муниципалитет должен поставщикам 1,5 млрд руб.! Где хваленые городские коммунальщики, почему они не занимались этой проблемой (до сентябрьских выборов в гордуму Тамбова сити-менеджером был Александр Бобров, экс-глава холдинга "Тамбовские коммунальные системы".— "Ъ")? Сколько денег в отрасль ушло. А там ведь еще и коррупционные схемы. Мне что, обращаться к силовикам, чтобы они уголовные дела возбудили?

— А почему нет?

— Удары кулаком и гортанный рев действуют максимум полгода. Дальше все привыкают и успокаиваются. Я это последние четыре с половиной года наблюдал в обладминистрации. Люди сидят, кивают: "Будем больше работать". А потом наступает шесть вечера — и парковка у здания администрации пустая. Сейчас пятница, вечер, картина обратная. Думаю, это так работают хорошо в пятницу или что-то еще?

— Кого вы видите на месте Боброва?

— Любое назначение главы администрации города требует множества согласований на уровне, который выше моего. Я пока не имею права называть фамилии. Но меня удивляют некоторые "кликуши", которые "старые времена" защищают, к примеру, в соцсетях.

— Читаете соцсети?

— Ежечасно!

— Тем не менее с назначением вас врио губернатора активность вашего аккаунта в Facebook сошла на нет.

— Если честно, 80% свободного времени у меня уходит на приходящие "в личку" сообщения. Сейчас больше всего обращений связано как раз с пуском тепла. Их десятки, сотни. Но и я не лишенный эмоций человек. Иногда увижу что-то у других пользователей, не выдерживаю и отвечаю — тоже "в личку".

— Может быть, проще вернуть всенародные выборы мэра и пусть победит достойнейший?

— Представьте, только что прошли выборы губернатора. Теперь мэра выбирать? Опять все эти процедуры проходить? Если бы они всегда проходили чисто, без упреков и различных "методов" борьбы.

— Вы в принципе против выборов в регионе?

— Нет. Но мы каждый год кого-то выбирали. С 2013 года я только этим и занимался, как глава отделения. Я понимаю, многим хочется сказать, что у нас тут никакой демократии нет, система жестко вертикально выстроена. Но у нас буквально несколько недель назад в одном из городов выбирали спикера думы. Думали, выберут одного, получился другой. Мы не вмешивались, оба кандидата — достойные люди. Я к тому, что демократия у нас есть.

— Вы руководили отделением "Единой России", и при этом выборы и политика чуждые для вас вещи?

— Есть темы, по которым мне достаточно прочитать документ по диагонали, чтобы все понять. К примеру, то, что связано с экономикой АПК. А есть вещи, которые мозг отторгает. Например, Олег Иванов приходит объяснить, как у нас выборы в 2016 году будут проходить. Округа, тергруппы, система "империале". Я все запомнил, понял. День проходит — выскочило! Или взаимоотношения с общественными организациями. Я же понимаю, что они у нас есть только на бумаге, а реальное сотрудничество было бы полезно для региональной политики.

— Люди из вашей команды говорят, что к вам здесь многие относятся как к царю-батюшке. Вас это устраивает?

— Это не мое. Я знаю, как по протоколу выходить из машины, как водитель должен открывать дверь, кто и за кем должен входить, выходить, сидеть, стоять. Слушайте, меня тошнит от этого. Я смотрю на некоторых своих коллег-губернаторов и не понимаю, зачем им это нужно. Они же настолько жестко в рамках сидят, что не могут осмотреться по сторонам!

"Мои друзья никакого отношения к власти не имеют"

— Когда врио губернатора назначили именно вас, многие в Тамбове выдохнули: они боялись появления варяга. Да и смена неместного Евгения Тарло на главу Тамбова Алексея Кондратьева в Совете федерации (СФ) была воспринята на ура. Тамбов для тамбовчан?

— Тарло в меру возможностей помогал области. Он хотел остаться в СФ. Я вообще не умею лукавить так, чтобы другим было непонятно, что я лукавлю. И я откровенно сказал: к вам у меня вопросов нет, но требования изменились в пользу появления в СФ настоящих представителей с мест. Надеюсь, что перед выборами в Госдуму в 2016 году будут настоящие праймериз, которые позволят выбирать из тех, кто работает здесь и помогает региону.

— А как с пришлыми инвесторами? Их проекты в Тамбове крупнее, чем местные.

— Мне бы еще нескольких инвесторов, подобных крупнейшим неместным — Игорю Бабаеву и Вадиму Мошковичу (главы агрохолдингов "Черкизово" и "Русагро".— "Ъ") — и нашему Юрию Хохлову, владельцу Тамбовской сахарной компании. Они выполняют все свои обязательства, создают рабочие места и платят налоги. Я предполагал, что многие наши организации не платят. Но что в таких объемах! Получают господдержку на сотни миллионов, а налогов платят десятки тысяч. Я не собираюсь опричнину устраивать, но без взыскательности точно не обойдется.

— Вы готовы давить, чтобы вернуть эти налоги?

— Готов. Я знаю, что, возможно, наживу врагов и про меня будут говорить еще хуже, чем о предшественниках. Но поверьте: ни у меня, ни у моей семьи никакого бизнеса нет. Поэтому у меня есть возможности и моральное право при необходимости ухватить некоторых за филейную часть.

— Цитирую ваш аккаунт в Facebook: "Чем больше открываюсь, тем "лучше" гадят вслед. Но я не обольщаюсь, друзей на службе нет!" Правда, нет?

— Мои друзья, к счастью, не имеют отношения ни к политике, ни к власти. Друзей и родственников тут иметь нельзя. Естественно, я подбираю людей, с деловыми и моральными качествами которых хорошо знаком. Назначил, например, замом Александра Ганова, бывшего топ-менеджера Сбербанка, который раньше работал вице-губернатором у Алексея Гордеева в Воронежской области. Это грамотный экономист, который узнаваем в федеральных министерствах. Ганов — человек молодой, энергичный и образованный. Я стараюсь подбирать именно таких. У многих руководителей старшего поколения другой подход к делам...

— "Совки"?

— Что значит "совки"? Я, знаете, кого сейчас в пример своей команде ставлю? Команду Бетина. Они понимали друг друга с полуслова. От умения сотрудничать зависит 100% успеха. Но прошлое поколение имело другую картину мира. Они эсэмэску, например, друг другу отправить не могли. Мы на бумаге ведь уже не пишем ничего, коммуникации просто быстрее происходят.

— Как реагировали представители власти и инвесторы на ваше назначение?

— По-разному. Многие тут же начали валить грехи на моих предшественников. Я уверен, что человеку все его поступки возвращаются. Да и законы совести никто не отменял. Поэтому валить на других я считаю неправильным.

— Сейчас с Бетиным общаетесь?

— Очень редко. В последний раз сказал мне: "Вот видишь, я тебе не звоню". Я ответил, что признателен ему за это.

— Сколько лет вы планируете быть губернатором?

— Не знаю, не я это буду измерять, а народ. Нельзя долго быть на такой должности. Сначала у тебя есть самокритика, ты понимаешь, где ошибся. А потом, когда все с утра до ночи говорят, какой ты молодец, даже когда сам понимаешь, что не прав, начинаются необратимые вещи. Через какое-то время осознаешь: что бы ты ни сделал — это правильно. Самые правильные минуты в жизни — это когда утром зубы чистишь и в зеркало смотришь. Я ведь не барыжничать сюда пришел, поэтому будет нелегко, могут и за первые пять лет в порошок стереть.

— Губернаторство — потолок?

— Мне некомфортно сейчас даже думать об этом. Вы меня спрашиваете, по сути, об амбициях. А они пока ничем не подкреплены, чтобы рассуждать о них всерьез.

Всеволод Инютин
Коммерсантъ, №204 от 06.11.2015.
Наверх
© 2016 Деловой Мичуринск
Использование любых материалов сайта допускается только с указанием активной ссылки на этот сайт

НЕЗАВИСИМОЕ ИЗДАНИЕ. УЧРЕДИТЕЛЬ ПОЛЯКОВ Д. А.

тмм

 /